Элизабет Абраамян родилась в 2003 году в Ереване. В три года она пришла с мамой забирать старшего брата с тренировки и заинтересовалась настольным теннисом. Девочке хватило несколько дней, чтобы выполнить задание тренера и попасть в секцию. Когда ей было восемь лет, семья переехала в Нижний Новгород, и результаты спортсменки резко пошли в гору. На сегодняшний день она — 11-кратная чемпионка России, в одиночном, парном, смешанном, и командном разрядах. Но апогей карьеры случился совсем недавно: на чемпионате Европы в Словении Элизабет выиграла первое в истории России золото в самом престижном одиночном разряде.
— Вы стали первой россиянкой, кто смог подняться на вершину. Уже пришло осознание, что сделали что-то действительно историческое?
— Если говорить про сегодняшний день, я всё ещё нахожусь под впечатлением. У меня море эмоций. Когда вижу, сколько людей этому радуется, сколько пишет мне с поздравлениями, понимаю, что это действительно серьёзный шаг и большое достижение. Пытаюсь это осознать, но пока получается с трудом — пребываю в некотором шоке.
— Вы говорили, что даже во время турнира читали комментарии в соцсетях, видели, как вас поддерживают, и это придавало дополнительные силы. Насколько вообще для вас важно, что пишут про вас в интернете?
— Я читаю комментарии в своих соцсетях, а также в аккаунтах Федерации настольного тенниса России, когда происходит что-то значимое и важное. Видела, сколько людей поддерживали меня, писали какие-то тёплые слова — это добавляло мне сил и энергии. В самые трудные минуты вспоминала об этом. Что касается крупных СМИ, стараюсь не читать их во время турниров, чтобы не терять концентрацию. Захожу на сайты уже после окончания соревнований. Мой менеджер даже напоминает: не отвлекайся, всё потом.
— Вы сказали, что поддержка помогала в сложных матчах. Один из самых трудных, наверное, был в 1/32 финала против итальянки Джорджии Пикколин, где всё решилось лишь в седьмой партии?
— Да, пришлось непросто. К тому моменту я ещё не совсем привыкла к залу и к мячам — необычное было сочетание, таким инвентарём мы играем нечасто. Итальянка цеплялась за каждый мяч и до последнего не хотела сдавать позиции. Очень тяжело было, где-то мне пришлось преодолевать себя эмоционально. Хорошо, что смогла.
Как сказал один из наших тренеров, чтобы удачно отыграть и победить на турнире, нужно пройти через вот такой сложный матч на начальных стадиях, когда ты ходишь по краю. После таких побед всегда приходит уверенность. Но в то же время я понимала, что мне нужно как можно скорее собраться, потому что если бы продолжила играть невразумительно, то, скорее всего, ни до каких медалей не добралась.
— А когда вообще появилась уверенность, что медаль, тем более золотая, — реальность?
— Я почувствовала игру и поняла, что нахожусь в оптимальной форме после победы в 1/8 финала над француженкой китайского происхождения Цзя Нань Юань. А задумалась о золоте после того, как вышла в полуфинал. Мне этого было недостаточно. Я была очень рада, что обеспечила себе медаль, но старалась сильно на этом не зацикливаться, приземлиться и думать о том, что нужно менять цвет награды. Аппетит ведь приходит во время еды. Поэтому подумала тогда: а почему бы не стать чемпионкой?
— Слышал, что вы на постоянной основе работаете с психологом. Как это происходит во время турниров?
— Отталкиваюсь от внутренних ощущений. Если понимаю, что мне нужно обсудить своё состояние, где-то что-то скорректировать, то обращаюсь к специалисту. Психолог знает мои особенности, как мне лучше настраиваться. Я просто описываю свои чувства и говорю, чем недовольна. Например, в матче с Пикколин я сильно эмоционировала, проявляла негатив: на любую ошибку разводила руками, появлялась злость. Это мешало концентрироваться на следующем розыгрыше, поэтому нужно было немного скорректировать отношение. На больших турнирах мы не занимаемся с психологом постоянно. Но периодически в этом появляется необходимость. Потому что большой спорт — это очень сложная материя, особенно в плане эмоций.
— Если резюмировать историю с чемпионатом Европы: на данный момент это главный успех в вашей спортивной жизни?
— Безусловно, самая яркая и самая большая победа.
— Вы как-то рассказывали, что настольный теннис для вас — не просто спорт, а смысл жизни. А не хотелось попробовать себя в каких-то других дисциплинах?
— Я попала в настольный теннис очень рано. И хотя мне всего 23, занимаюсь им 20 лет. Конечно, очень сложно представлять себя в каком-то другом виде спорта. Элементарно потому, что даже не было возможности попробовать что-то другое. Однако есть дисциплины, которые мне очень нравятся, за которыми я слежу. Могла ли стать профессиональной спортсменкой в другой сфере? Наверное, да. Но в какой — затрудняюсь ответить.
— А за какими видами спорта следите? Что думаете, например, о фигурном катании?
— Мне оно нравится! Потому что это очень красиво. Мой тренер Сергей Борисович Брусин, к слову, просто обожает фигуристов. А я в основном слежу за большим теннисом и спортивной гимнастикой. Меня это всегда привлекало. Восхищаюсь тем, как выступают наши ребята. Болею за Ангелину Мельникову. Жаль, что она не смогла поехать на чемпионат мира.
— Раз уж упомянули большой теннис, не обидно, что ваш вид спорта значительно уступает старшему брату и в плане популярности, и в финансовом?
— Не представляете, как обидно! Это моя больная тема. Часто в повседневной жизни кто-то, узнав, что я спортсменка, интересуется, каким видом спорта занимаюсь. Когда отвечаю, что настольным теннисом, многие относятся к этому скептически. И такое отношение вызывает грусть. Моя философия и мысль, которую я стараюсь доносить, в том числе в соцсетях: настольный теннис — это не «просто рукой махать». Пожалуйста, прекратите так говорить. Если углубиться, посмотреть несколько профессиональных матчей, можно увидеть, что настольный теннис — один из самых сложных видов спорта. И физически, и психологически он максимально насыщен. К тому же это одна из самых доступных дисциплин. Надеюсь, что со временем такое отношение к нему поменяется, и мой спорт, которому я посвятила уже 20 лет, будет набирать популярность.
— Неужели в головах у людей ещё так много стереотипов относительно настольного тенниса?
— Очень много. Я даже делала опрос среди прохожих пару лет назад, спрашивала, понимают ли они разницу между настольным теннисом и пинг-понгом. И встречались такие ответы, когда мне говорили, что пинг-понг — это профессиональный вид спорта, а настольный теннис — любительский. В какой шок меня это приводило — не описать словами.
Также на russian.rt.com
«Может помочь в будущем»: Прокопец — о победе в CAS по делу о настольном теннисе и изменении отношения к россиянам
— В большом теннисе спортсмены часто со злости ломают ракетки. Вам когда-нибудь приходилось на эмоциях разбивать свой инвентарь в щепки?
— Нет, ракетки я никогда не ломала. Не раз говорила, что ракетка — это продолжение руки. Поэтому всегда очень бережно отношусь к своему инвентарю. Понимаю, что если поврежу его, это всё равно что поврежу свою игру. Подбор инвентаря — щепетильный и тонкий момент, к нему нужно подходить очень ответственно. И относиться к ракетке максимально бережно. При этом понимаю, что есть много игроков со своими характерами и поведением. Ни в коем случае никого не осуждаю. Повторюсь лишь, что лично для меня ломать ракетку неприемлемо.
Что касается поведения у стола — конечно, я бываю сверхэмоциональной, а в повседневной жизни ещё и вспыльчивой. В целом я эмпатичный человек, любая эмоция у меня проявляется ярко. Но в игре со временем, с опытом и работой с психологом я научилась регулировать эти состояния. Если понимаю, что где-то не могу себя контролировать, сразу стараюсь обращать на это внимание. Значит, скорее всего, я переутомилась и нужно дать себе восстановиться.
— Вы сказали про инвентарь. Насколько вообще сложно его подбирать? Доверяете этот процесс кому-то другому?
— Нет, это исключительно личный выбор. Каждый профессиональный спортсмен подбирает его под себя. Есть огромное количество оснований. То есть дерево ракетки без накладки. Каждое имеет свои уникальные функции в зависимости от состава, слоёв дерева и прочих деталей разработки. Спортсмен читает характеристики от производителя, думает, что это ему подходит, берёт и пробует. Резиновая накладка тоже имеет свои уникальные функции. Есть и профессиональные, и любительские варианты. Здесь важно учесть все нюансы, потому что иначе страдает качество игры. Поэтому пробуешь разные деревяшки и накладки, тренируешься — может быть месяц, может быть больше. Играешь важный турнир и понимаешь, комфортно тебе или где-то не контролируешь мяч.
— Есть ли у вас какие-то ритуалы перед матчами?
— Каких-то суперважных или секретных историй нет. Просто стараюсь правильно организовать подготовку, чтобы всё было вовремя. Основное, что делаю, — надеваю наушники, отхожу в сторону и стараюсь в голове прокручивать сценарий матча. Как будто я уже в игре. Важно завести себя, почувствовать энергию.
— Вы, с тех пор как переехали в Россию, по-прежнему живёте в Нижнем Новгороде. Не собираетесь переезжать в Москву?
— Я очень люблю Нижний Новгород. Здесь я дома, здесь мои близкие, моя семья. Первые шаги в большом спорте делала тоже именно здесь. Для меня это особое место. Понятно, что с профессиональным ростом и приходом новых результатов нужно периодически ездить в Москву. Жизнь меняется, и в будущем, возможно, я перемещусь в столицу на постоянной основе. Но на данный момент у меня не так много свободного времени, и когда приезжаю в Нижний, стараюсь отдохнуть и провести время с семьёй.
— А любимые места в городе у вас есть?
— Хочу сказать, что Нижний за последние годы очень преобразился. И продолжает становиться всё красивее, улучшается инфраструктура. В городе действительно есть места, по которым люблю гулять, где мне спокойно, куда хочется возвращаться. Например, набережная Фёдоровского. Или Нижневолжская. Плюс район, где находится Армянская церковь. Там тоже люблю прогуливаться.
— Жизнь профессионального спортсмена — постоянные разъезды. Насколько тяжело жить в таком графике?
— Свободного времени действительно сейчас крайне мало. После возвращения на международную арену турниров становится всё больше и больше. Бывает, месяцами не нахожусь дома. Или приезжаю на недельку. И это время провожу с семьёй, с друзьями, занимаюсь личными делами, какими-то женскими процедурами, уходом за собой. График насыщенный, но не могу сказать, что сильно страдаю от этого. Весь фокус на спорте. Прекрасно понимаю, что до Олимпийских игр будет мало времени. А вот после можно будет немного выдохнуть.
— Как проводите время в поездках? Читаете книги, смотрите фильмы, сериалы? Можете составить свой топ?
— Я не самый большой любитель читать книги, больше люблю статьи. Что касается сериалов, нравятся детективные, биографические, спортивные, про достижения наших спортсменов. Если говорить конкретно, понравились картины со спортивным характером: «Мамы чемпионов», «Лёд», «Последний аксель». «Первая ракетка» — про большой теннис. Обожаю актрису Любовь Аксёнову, смотрю сериалы с её участием. Знаете, в будущем я и сама хотела бы сняться в спортивной картине. Может быть, заслужу (улыбается). Очень хочется, чтобы создали российский сериал про настольный теннис.
— Как вы считаете, способна ли ваша победа на чемпионате Европы подтолкнуть родителей активнее отдавать детей в настольный теннис?
— Я очень верю, что именно так и произойдёт! Пользуясь случаем, призываю всех родителей к этому. Это очень полезно для здоровья. Если ребёнку понравится и он захочет заниматься, это будет только в плюс. Надеюсь, что моя победа поднимет уровень российского настольного тенниса. Люди станут больше играть, больше писать о нём. Откроются новые залы. А подрастающее поколение будет брать пример. Для меня это очень важно. Всегда говорю, что одна из моих основных миссий — популяризировать и развивать настольный теннис в России. Чтобы разговоров про то, что это «просто рукой махать», становилось всё меньше и меньше.
— А какая спортивная мечта у Элизабет Абраамян?
— Главная на данный момент — олимпийская награда. Я очень хочу стать первой в истории российского настольного тенниса, кто завоюет медаль на Играх. Это очень большая, амбициозная и сложная цель. Но я делаю всё для того, чтобы она стала реальностью. Если этого не случится, может быть, мой пример вдохновит других ребят, подрастающее поколение, и это получится у них.
— Верите, что в Лос-Анджелесе получится выступить полноценно, с флагом и гимном?
— Очень надеюсь, что так и будет, и мы станем основательно возвращаться на международную арену с национальной символикой. Но, конечно, об этом рассуждать рановато. Да и не мне. Уверена, что все наши компетентные спортивные люди, которые за это отвечают, делают сейчас для этого максимум возможного.
