МОСКВА, 23 апр — РИА Новости, Надежда Сарапина. Затруднения с логистикой в Ормузском проливе ставят под угрозу экономическую модель ОАЭ. Страна нуждается в валютной выручке и готова торговать нефтью не только за доллары. Что будет с главной мировой валютой и как отреагирует на угрозу Вашингтон — в материале РИА Новости.

МОСКВА, 23 апр — РИА Новости, Надежда Сарапина. Затруднения с логистикой в Ормузском проливе ставят под угрозу экономическую модель ОАЭ. Страна нуждается в валютной выручке и готова торговать нефтью не только за доллары. Что будет с главной мировой валютой и как отреагирует на угрозу Вашингтон — в материале РИА Новости.

Эмираты опасаются усугубления кризиса из-за невозможности экспортировать нефть танкерами и ждут помощи от США, пишет The Wall Street Journal. Будучи крупным поставщиком, ОАЭ практически лишились притока валютной выручки — средств, необходимых для повседневных расчетов: оплаты импорта, обслуживания валютных долгов, проведения международных платежей и поддержания стабильной работы банков.

Обходной маршрут — трубопровод Habshan — Fujairah (ADCOP) — ограничен мощностью в 1,8 миллиона баррелей в сутки максимум и не справляется с текущим спросом. «Объемы экспорта через порт Фуджейра в марте достигли примерно 1,9 миллиона баррелей в сутки, что превышает пропускную способность инфраструктуры», — отмечает инвестиционный советник в реестре Банка России и партнер Российского экспортного центра (РЭЦ) Сергей Варфоломеев. К тому же удары по объектам трубопровода привели к временным остановкам и снижению производительности, что усугубило ситуацию. В результате ОАЭ столкнулись с резким замедлением поставок и падением объемов экспорта на 35-40 процентов по сравнению с пиком, что негативно сказалось на долларовой выручке.

Кроме того, оплата поступает с задержкой: сделки затягиваются, страхование дорожает, банки становятся осторожнее, а покупатели откладывают расчеты, добавляет заместитель председателя правления АО «Национальный банк сбережений» Елена Марчук. Для экономики Эмиратов это особенно тяжкий удар, так как она глубоко интегрирована в глобальные финансовые потоки: помимо нефти, значительную роль играют торговля, логистика, авиация и финансовый сектор. «В итоге дефицит валюты может затронуть не только экспортеров, но и всю деловую среду, а государству придется в срочном режиме пересматривать бюджет и распродавать активы», — обращает внимание Марчук.

Поэтому сейчас как никогда важно обеспечить приток валюты, соглашаются эксперты. Переговоры в этом направлении уже ведутся, пишет The Wall Street Journal. Глава Центрального банка ОАЭ Халед Мохамед Балама на прошлой неделе на встречах в Вашингтоне с министром финансов Скоттом Бессентом поднял вопрос о создании линии валютных свопов (взаимообмен валютами по фиксированному курсу).

Такой «финансовый мост» обеспечит временный доступ к долларовой ликвидности и будет действительно эффективной мерой, считают аналитики. Вполне вероятно, что Штаты пойдут на этот шаг ради поддержки ключевого партнера в регионе, тем более что подобную схему США уже использовали в 2020-м с рядом европейских и азиатских стран.

Со своей стороны, ОАЭ обозначили позицию достаточно жестко, пригрозив Вашингтону в случае нехватки долларов начать торговлю нефтью в сторонних валютах. Америка ожидаемо воспринимает такое развитие событий крайне негативно.

Это не просто риторика, а сигнал о готовности к системному изменению торговой модели, что делает ситуацию особенно напряженной, уверен Варфоломеев.

Со времен договоренностей между Саудовской Аравией и Вашингтоном в 1970-х торговля нефтью исключительно за доллары поддерживала американскую валюту, укрепляла ее в качестве резервной и позволяла возвращать долларовую выручку обратно в экономику США за счет покупки американских облигаций, указывает декан факультета «Школа политических исследований» Президентской академии Сергей Демиденко. «Сюда можно отнести и крупные соглашения, включая закупки вооружений, техники, инвестиции в совместные инфраструктурные, технологические и прочие проекты. Это тоже способ вернуть долларовую выручку обратно в американскую экономику», — добавляет он.

Естественно, что слом такой модели крайне невыгоден Штатам. Впрочем, пока речь идет не о смене базовой модели, а о формировании резервного варианта. «Основной валютой для нефтяной торговли остается доллар: в нем формируются цены, через него проходят основные расчеты, в нем удобнее хранить и инвестировать выручку. Однако кризис заставляет учитывать сценарии, при которых привычная система временно работает хуже. В этом случае альтернативные валюты используются не как замена, а как дополнительный канал, позволяющий сохранить хотя бы часть операций», — поясняет Марчук. Вместе с тем сам факт обсуждения альтернатив отражает ослабевание монополии доллара.

Другая сложность в том, что использование альтернативных доллару валют в нефтяной торговле сопряжено с существенными издержками.

В частности, курс основного претендента — юаня — более подвержен колебаниям, чем доллар, особенно в условиях внешнего давления, указывает Варфоломеев. А значит, для минимизации рисков ОАЭ придется использовать фьючерсы и форварды.

Кроме того, при переходе на юани компании-экспортеры должны будут хеджировать валютные риски, что увеличивает издержки и усложняет финансовую отчетность.

Также стоит учитывать, что юань пока не стал глобальной резервной валютой. Хотя его использование растет, в международных расчетах он уступает доллару, евро и фунту стерлингов, а значит, неизбежны дополнительные расходы на обмен. Аналогичные проблемы возникнут и с другими валютами.

Естественным следствием будет и фрагментация валютных зон. Доллар — Запад, юань — Азия/BRICS, евро — ЕС, рубль — Россия. Это приведет к росту транзакционных издержек, волатильности курсов и увеличению рисков при расчетах, а также подорожанию нефти. «При переходе на многополярность премия за риск может вырасти на пять-десять процентов, особенно в условиях геополитической нестабильности», — говорит Варфоломеев. В то же время диверсификация снизит зависимость от политики ФРС. Если страны Залива больше не зависят от ставок США, это уменьшает волатильность на рынках и снижает риск глобальных кризисов.

Для самих Штатов массовое использование посторонних валют при расчетах за нефть порядочно снизит спрос на доллары, что повысит стоимость импорта и разгонит инфляцию. Также снижение спроса на облигации вызовет рост их доходности до 0,5 процентных пункта, что существенно удорожит обслуживание огромного госдолга страны. В свою очередь, снижение иностранного финансирования дефицита бюджета вызовет рост зависимости от внутренних источников. Это может привести к повышению налоговой нагрузки и снижению кредитоспособности, заключает Варфоломеев.

Тем не менее в долгосрочной перспективе переход к многополярной системе неизбежен, считают аналитики, но идти он будет довольно плавно, ускоряясь в условиях геополитической напряженности. Сейчас американские облигации и сам доллар уже сдают позиции в качестве международных резервов. На этом фоне создание дополнительных способов расчета на нефтяном рынке — еще один шаг на пути к многополярной валютной системе.