Как Orlen потеряла деньги на венесуэльской нефти при содействии криптодельцов из Дубая
МОСКВА, 22 сен — ПРАЙМ, Сергей Тягай. Польский нефтеконцерн Orlen списал 1,6 миллиардов злотых убытка (около 394 миллионов долларов) по несостоявшимся сделкам с венесуэльской нефтью. История, начинавшаяся как попытка диверсифицировать поставки в условиях санкций, обернулась настоящим финансовым триллером с плохим концом: предоплаты ушли через цепочку дубайских посредников, конвертировались в стейблкоины USDT и частично «растворились». А танкеры, месяцами простоявшие в ожидании загрузки, так и не вышли из портов. Какие уроки нефтяному рынку преподал один из самых крупных корпоративных скандалов в истории Польши?
В октябре 2023 года Минфин США временно смягчил санкции против Венесуэлы, разрешив добычу и экспорт нефти до 18 апреля 2024 года. Это создало эффект «приоткрытого окна»: торговые дома бросились закупать сырье через малоизвестных посредников, зарегистрированных в качестве клиентов государственной нефтегазовой компании страны PDVSA.
Швейцарское торговое подразделение Orlen — Orlen Trading Switzerland (OTS) — было создано в Цуге в 2022 году в преддверии запрета ЕС на импорт российских нефтепродуктов, вступившего в силу в начале 2023 года. Именно OTS получило от материнской компании около 600 миллионов долларов на диверсификацию поставок и решило воспользоваться санкционным окном.
Погрузка шести танкеров, включая три сверхбольших танкера для перевозки сырой нефти (VLCC), первоначально планировалась на декабрь 2023 — январь 2024 года. К марту ни один из них так и не был загружен. При этом простой судов обходился в 600 тысяч долларов в день. Когда срок действия американской лицензии подходил к концу, Orlen приняла решение расторгнуть контракты — деньги были потеряны, а нефть не отгружена.
К концу февраля, когда после смены руководства материнской компании было назначено новое руководство OTS, сумма демереджа — денежной компенсации, которую платит владелец груза перевозчику или порту за простой судна, — достигла 30 миллионов долларов по шести танкерам.
В апреле 2024 года Orlen официально списала 1,6 миллиарда злотых, заявив, что осуществила предоплату за нефть, но не получила продукцию к согласованному сроку. Вероятность возврата средств она оценила как маловероятную.
Расследование Financial Times раскрыло детали платежей. В ноябре 2023 года OTS заключило с дубайской Hannon International контракт на поставку нефти на 345 миллиона долларов, рассчитывая заработать 25–30 миллионов, и перечислило аванс в размере 230 миллионов долларов. Венесуэла готова была принимать оплату только в криптовалюте — USDT. Hannon для конвертации переводила деньги дубайским посредникам: один из них получил 135 миллионов долларов, но, по данным Hannon, передал продавцу только 85 миллионов USDT. Еще 30 миллионов долларов были перечислены другой компании, однако до Венесуэлы они не дошли.
В январе 2024 года представители Hannon отправились в Венесуэлу и передали посредникам USB-накопители с доступом к десяткам миллионов USDT — одному брокеру передали 60 миллионов USDT, затем еще 50 миллионов. Однако нефть поставлена не была.
«Самая вопиющая деталь — предоплаты без обеспечения. В нормальной практике такое возможно только между контрагентами с многолетней историей сотрудничества. Здесь деньги ушли незнакомцам. Это либо вопиющая некомпетентность, либо что-то похуже«, — подчеркивает Астафьев.
По словам доцента кафедры естественно-научных дисциплин университета «Синергия» Кирилла Щербакова, проблема была не столько в венесуэльской нефти, сколько в организации закупок:
Как сообщает Reuters, в настоящее время в отношении OTS проводится аудит. Прокуратура расследует деятельность бывшего руководства, связанную с надзором за торговым подразделением. Прокуратура Варшавы изучает действия бывших руководителей Orlen в связи с предполагаемым ненадлежащим контролем за денежным пулом в 600 миллионов долларов, из которого финансировались операции OTS. Бывшему главе OTS Самеру Аваду и другим экс-руководителям предъявлены обвинения в ненадлежащем управлении, которые они, впрочем, отрицают.
В рамках двух других расследований прокуратура изучает вопрос о том, занижала ли компания под руководством бывшего генерального директора Даниэля Обайтека цены в преддверии выборов 2023 года и продавала ли активы по цене ниже справедливой стоимости. Обайтек после выборов 2024 года получил депутатский иммунитет в Европарламенте. Сейчас Варшава просит его снять.
«По делу уже возбуждены обвинения против трех бывших менеджеров Orlen с угрозой до 25 лет тюрьмы», — отмечает Скрябин. — Классический случай отсутствия должной проверки контрагентов в непрозрачной, вынужденной крипто-схеме расчетов, а не разрыв нормального коммерческого контракта«.
Спор рассматривается в арбитраже в Дубае. При этом Hannon утверждает, что выступала посредником и покупала нефть за USDT, поскольку OTS не могла делать это напрямую, и что у нее нет этих средств. Orlen, в свою очередь, считает, что Hannon была обязана поставить нефть независимо от привлечения третьих сторон. Часть средств — около 100 миллионов долларов — компании удалось вернуть через мировое соглашение с одним из посредников.
«Orlen — прибыльная компания: почти 21 миллиард злотых чистой прибыли за 2023 год. Списание 1,6 миллиарда болезненно, но не фатально», — отмечает Астафьев.
По словам Дмитрия Скрябина, учитывая, что после известных событий США начали «перезагрузку» санкционного режима в отношении Венесуэлы, в частности, введение управляемых генеральных лицензий OFAC, которые открывают нефтяной сектор Венесуэлы на условиях США, подобные схемы, скорее всего, перестанут иметь смысл.
Он отмечает, что на рынок в целом вся эта история повлияет репутационно и регуляторно: западные покупатели станут осторожнее в отношении оппортунистических закупок подсанкционной нефти вне лицензированных схем, а использование крипты для обхода санкций может привлечь дополнительное внимание регуляторов к стейблкоинам в сырьевой торговле.
«Менять нужно модель закупок: прямые договоры с крупными производителями и PDVSA, минимизация числа посредников, банковские гарантии, аккредитивы и оплата преимущественно после подтверждения отгрузки, — говорит Щербаков из «Синергии». — Венесуэла снова привлекает крупных международных нефтяных игроков, поэтому рынок постепенно становится более институциональным, но повышенные политические, санкционные и контрактные риски там сохраняются».
При этом, эксперты солидарны во мнении, что на российскую нефть прямого эффекта нет — с основными крупными покупателями, такими как Индия и Китай, логистика и расчеты уже отлажены.
Ярослав Кабаков, директор по стратегии ФГ «Финам», добавляет:
Астафьев описывает механизм, который остается единственно законным. После истечения лицензии 18 апреля 2024 года США вернули санкции и покупать венесуэльскую нефть легально для западных компаний практически невозможно.
«Поэтому путь один: индивидуальные лицензии. К февралю 2026 года выпущена General License 50A, поименно разрешающая операции Chevron, BP, Shell, Repsol, Eni и Maurel & Prom. Такие лицензии подразумевают строгий комплаенс и отчетность перед Минфином США», — говорит он.
Главный вывод, который делают эксперты, заключается в том, что санкционные окна создают иллюзию возможностей, но реальный контроль за рисками может осуществляться только при работе с проверенными контрагентами и корпоративным риск-менеджментом. «Когда деньги уходят без залога, а потом конвертируются в криптовалюту и растворяются — это не торговля, а рулетка«, — заключает Денис Астафьев.
Источник
