МОСКВА, 10 сен — ПРАЙМ. Впервые с 24 июля 2026 года цена на нефть марки Brent превысила психологическую отметку в 100 долларов за баррель. Затем случился откат, но вопросы остались: что стоит за этим скачком, повторится ли он и закрепится ли нефть выше психологической отметки, которая прежде сулила российскому бюджету приток денег, а экономике процветание?

Ситуация в Персидском заливе резко обострилась с начала недели. Хуситы при поддержке Ирана атаковали несколько городов Саудовской Аравии. В ответ американские военные нанесли удары по пяти иранским нефтяным танкерам, один из которых был потоплен. Иран, в свою очередь, ударил по американской военной базе в Иордании и предупредил, что суда в портах Кувейта и Бахрейна могут стать целями.

Трафик через Ормузский пролив — важнейшую нефтяную артерию мира — рухнул. По данным Rystad Energy, перед возобновлением боевых действий 30 августа через пролив проходило 8–9 миллионов баррелей в сутки, а после эскалации показатель упал ниже 2 миллионов. Саудовская Аравия перенаправила часть экспорта в обход пролива, но продолжительные атаки на королевство могут осложнить стабильность поставок.

По мнению экспертов, рынок реагирует именно на новости об эскалации на Ближнем Востоке, а не на устойчивое изменение баланса спроса и предложения. С начала августа Brent подорожала примерно на четверть — и это именно геополитика. Сегодня геополитическая премия составляет примерно 20 долларов за баррель, полагает основатель финтех-платформы SharesPro Денис Астафьев.

«Фундаментально обоснованная цена, по оценке Goldman Sachs, ближе к 80 долларам. Это не устойчивый сдвиг баланса спроса и предложения, а страх перебоев с поставками через Ормузский пролив. Значит, премия может исчезнуть так же быстро, как появилась, при первых признаках деэскалации», — считает он.

Однако несколько крупных банков, включая Goldman Sachs, Bank of America и HSBC, в последние дни повысили прогнозы цен на нефть. Аналитики OCBC предупреждают, что эскалация повышает вероятность нового продолжительного нарушения нефтяных поставок. Всё решится в ближайшие недели: если напряженность ослабнет, нефть откатится назад.

Пока же диапазон прогнозов довольно широк. Генеральный директор «Альфа-Форекс» Гузель Проценко ожидает недельные торги Brent в диапазоне 88–103 доллара за баррель, а Urals — в границах 75–95 долларов.

Дорогая нефть — палка о двух концах для России. С одной стороны, растут долларовые доходы экспортеров и сокращается дисконт на сорт Urals. С другой — крепкий рубль бьет по бюджету, который верстали, исходя из доллара по 94 рубля.

Прямая зависимость «дорогая нефть – сильный рубль» больше не работает, предупреждают эксперты. С июля по начало сентября рубль ослаб более чем на 10%, хотя цена нефти за этот период не падала критически.

Финансовый аналитик Bitbanker Марина Алленых объясняет, что дорогая нефть увеличивает экспортную выручку и потенциальный объем валюты, поступающей на внутренний рынок. Поэтому рост нефтяных котировок не обязательно будет автоматически приводить к укреплению рубля. При закреплении нефти выше 100 долларов доллар может удерживаться в диапазоне 84–89 рублей, тогда как возвращение котировок ниже 90 долларов снова откроет дорогу к 90–92 рублям.

Дополнительный фактор — бюджетное правило, которое сглаживает влияние нефтяных цен на курс и поддерживает национальную валюту. С 7 сентября Минфин заметно сократил ежедневный объём покупки валюты и золота — с 6,5 миллиарда до 2,5 миллиарда рублей в сутки.

Есть и временной лаг. По оценке Банка России, между изменением нефтяных котировок и фактической продажей валютной выручки экспортерами проходит в среднем около двух месяцев.

«Соответственно, нынешняя слабость рубля во многом отражает ещё низкие цены на нефть июня–июля, а не сегодняшний скачок Brent. Реальный эффект высокой цены на курс рубля и рублёвые активы, вероятно, будет заметнее ближе к концу октября — ноябрю, чем прямо сейчас», — указал независимый экономист Виктор Мангазеев.

Для рублёвых активов дорогая нефть в целом позитивна. В первую очередь выигрывают нефтегазовые компании, а также рынок акций в целом за счет улучшения ожиданий по экспортным доходам.

Гузель Проценко подчеркивает важность заседания ЦБ 11 сентября: пауза в снижении ключевой ставки сохранит привлекательность рублёвых инструментов для инвесторов. Это сдерживает экономический рост и корпоративную прибыльность.

«При этом спрос на иностранную валюту со стороны импортёров остаётся высоким, сохраняя риски продолжения среднесрочного нисходящего тренда рубля», — добавила она.

Для облигаций влияние неоднозначно: длительное сохранение нефти выше 100 долларов может усилить инфляционные риски и сделать ЦБ более осторожным в вопросах снижения ставки.

Таким образом, рост Brent выше 100 долларов — реакция на ситуацию на Ближнем Востоке, а не устойчивый тренд. Для российской экономики это скорее поддержка, чем прорыв: бюджетное правило, демпферные выплаты и лаг экспортной выручки сглаживают эффект.

Для рубля дорогая нефть создает мощную поддержку, но не гарантирует укрепления. Главные переменные — геополитика, бюджетное правило и решения ЦБ. Курс сегодня определяется не ценой барреля на бирже, а балансом между объёмом валюты, который государство впускает на рынок, и спросом на неё внутри страны.

Пока Минфин продолжает покупать валюту в рамках бюджетного правила, прямое укрепление рубля вслед за нефтью будет ограниченным и запаздывающим, делают вывод эксперты.